Я часто замечаю в окружающих людях лютое недоверие друг к другу. Даже если всё идёт хорошо, мы ожидаем подвох. Занижаем ожидания. И неважно близки вы или только познакомились, рано или поздно между вами встаёт непреодолимая стена. Табу, за которое дальше нельзя. (Здесь я, конечно, вовсе не имею в виду радикальные случаи вроде насилия и абьюза.) Это табу со стороны может казаться нелогичным непрактичным. Но оно является сакральным для своего обладателя.

Наши личные границы настолько нарушались с самого детства, что, вырастая, мы пытаемся их отстроить с горочкой. «Двери покрепче справим, рядом на цепь посадим восемь больших голодных псов, чтобы они не спали, к дому не подпускали горе-врагов и дураков.» Улица — опасна. Мы втыкаем в уши наушники, чтобы не слышать улицу, отгородиться от неё. Не трогайте меня! Мы огородили весь город друг от друга. Везде вкопали по забору: у школ, у больниц, у домов. Мы не чувствуем причастности снаружи, поэтому мы строим свой мирок внутри. Скорей бежим домой, там безопасно. Если ты купил участок под стройку, то сперва поставь забор, а то вдруг соседи инструменты украдут. И ведь крадут! Самое страшное, что не с пустого места мы обложили себя баррикадами, а потому что действительно есть люди, которые их штурмуют. И нет во всём этом какой-то серединной позиции. Ты либо штурмуешь, либо обороняешься. Посередине — поле битвы.

Мы беззащитны. Сами по себе. Открыты всем ветрам. Закрой дверь на ключ, снаружи мошенники, разводилы, кидалы, воры и никаких гарантий. Отсюда лучше быть одному, чем с кем попало. Ресентимент, как защитная реакция.